Имена и даты: к 130-летию доктора биологических наук И. В. Красовской

Дворянка по происхождению, исследователь по призванию – Ирина Владимировна Красовская была из того поколения ученых, на долю которых выпали годы гонений и массовых политических репрессий, десятилетия удушающего засилья лысенковщины в сельскохозяйственной науке, суровые испытания военного времени. Но несмотря, а зачатую вопреки жестким (порой жестоким) историческим обстоятельствам, она прошла отмеренный ей судьбой путь в науке и жизни, явив пример нравственной силы и личной стойкости.

Помимо интереса к этой стороне бытия ученого, для нас, нынешних из ФАНЦ Юго-Востока», важно и само научное творчество Красовской. Ее деятельная работа в качестве заведующей лабораторией физиологии растений Института зернового хозяйства Юго-Востока СССР (ИЗХ) – это отдельная страница в развитии саратовской школы физиологии. В этом научном учреждении Ирина Владимировна работала с 1944 по 1952 год. (Напомним, правопреемником ИЗХ и последовавших за ним научных учреждений является ФАНЦ Юго-Востока).

Но обо всем по порядку.

Кем быть? Этот судьбоносный вопрос юная петербурженка Ирина Теляковская (впоследствии в замужестве – Красовская) решила еще в годы своего ученичества в «Петришуле». Эту первую по времени создания школу Санкт-Петербурга и одно из старейших учебных заведений России она окончила с отличием. И в 1920 году поступила на сельскохозяйственный факультет петроградского Агрономического института.

В семье Теляковских, где было шестеро детей, с пониманием и уважением отнеслись к выбору единственной дочери. Ее отцом был ротмистр лейб-гвардии Конного полка, впоследствии директор Императорских театров (заметим, последний в Российской империи) Владимир Аркадьевич Теляковский.

В письме к актрисе Малого театра Г. Н. Федотовой 18 сентября 1923 года он писал: «Дочь оказалась выдающимся ботаником и, любя с детства цветы, ягоды и огород, обнаружила она столь большие способности в ботанике, что теперь, состоя еще студенткой, привлечена к работе в помощь профессорам. Зная хорошо четыре языка, она ведет корреспонденцию научную с Англию и Америкой. В декабре кончает и будет оставлена при институте в качестве научного консультанта. Все это курьезно и неожиданно!!».

В чем-то письмо отца оказалось провидческим. Со временем Красовская станет известным ученым. Будет в ее жизни и немало неожиданностей: реже – приятных, чаще – памятных своими тяжкими последствиями.

Впрочем, начало научной карьеры складывалось для нее удачно. Разносторонние знания и способности к исследовательской работе Красовской еще в годы ее студенчества были замечены профессором петроградского Агрономического института Н. И. Вавиловым. Позднее, возглавив Всесоюзный институт прикладной ботаники и новых культур (впоследствии – ВИР), Николай Иванович пригласит Красовскую в отдел физиологии растений.

Здесь она встретится с Николаем Александровичем Максимовым – к тому времени уже маститым ученым, который руководил в институте эколого-физиологическими исследованиями. Между ними установятся отношения научного руководителя и младшего по возрасту коллеги – талантливой коллеги, которые они сохранят на протяжении десятилетий.

Объединит эти двух незаурядных людей не только общее дело, но и удивительная схожесть судеб. Представьте, в биографии каждого из них будет назван Саратов и упомянуты годы работы в Институте зернового хозяйства. Поразительное совпадение. (Об этом читайте ниже). Они и из жизни уйдут в один день – 9 мая с разницей в четыре года.

Но не будем опережать события.

В ВИРе Красовская проработает десять лет, занимаясь исследованием корневых систем растений. Интерес к этой тематике она сохранит на всю научную жизнь. С 1929 года Ирина Владимировна заведует секцией корневых систем в отделе физиологии института. В эти годы одновременно с научной деятельностью молодой ученый занимается переводами с немецкого и английского учебных книг по ботанике. В феврале 1935 года Красовская успешно защитила докторскую диссертацию по теме: «Засухоустойчивость яровой пшеницы мировых растительных ресурсов». Но уже 20 марта 1935 года она вместе с мужем выслана из Ленинграда.

Триггером (спусковым крючком) к такому крутому повороту в судьбе Красовской, как и для других ленинградцев, стало убийство Кирова (1 декабря 1934 года).

В число неблагонадежных вместе с Красовской попал и ее муж – Александр Васильевич. После революции, в течение 10 лет он заведовал коневодством Ленинградской области. Однако ему припомнили службу в имперском Сенате, и 20 марта 1935 года по постановлению особого совещания при НКВД он был выслан с женой в Казахстан, в небольшой город Атбасар.

Еще раньше нашелся компромат на Максимова. 2 марта 1933 года Н. А. Максимов был арестован за связь с так называемой Трудовой крестьянской партией. И в том же году был выслан из Ленинграда в Саратов. Здесь с 1933-го по 1939 год Николай Александрович работал во Всесоюзном институте зернового хозяйства, одновременно преподавал в Саратовском университете (1935–1939). С 1939 по 1952 год Максимов живет в Москве, работает в Институте физиологии растений им. К. А. Тимирязева АН СССР (в 1946–1952 годы он директор этого научного учреждения). Академик АН СССР (1946).

А что же Красовская? Ее путь в Саратов более извилист и долог. В Атбасаре для ученого не было никаких условий для научной деятельности. Однако вскоре она уже работает заместителем заведующего сортоучастка Госсортсети ВАСХНИЛ. Красовские прожили в Атбасаре в одноэтажном саманном доме почти год.

Только в октябре 1936 года им было разрешено переехать в Горький. В 1936–1940 годы И. В. Красовская заведовала лабораторией физиологии растений Горьковской областной опытной станции полеводства НКЗ СССР. В 1940 – 1944-м была заместителем директора по научной части Горьковской областной опытной станции полеводства того же ведомства.

И наконец, с 1944 по 1952-й она работает заведующей лабораторией физиологии растений Института зернового хозяйства и по совместительству – заведующей кафедрой физиологии растений Саратовского университета. В 1946 году ей присвоено ученое звание профессора.

То есть, через пять лет после отъезда Максимова в Москву Ирина Владимировна в Саратове, можно сказать, идет по его стопам. У них не только общее ленинградское прошлое, но и схожее саратовское настоящее, есть что обсудить и по текущей научной повестке. Об этом мы можем судить по переписке ученых.

К сожалению, формат очерковой зарисовки не позволяет воспроизвести полностью даже одно из писем. А их, относящихся к саратовскому периоду жизни Красовской, в свободном доступе имеется два десятка. Ограничимся цитатой из письма от 23 июля 1949 года. Интересно оно суждениями Ирины Владимировны об августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 года и ее разрушительных последствиях для науки того времени.

«Дорогой Николай Александрович!

Что-то очень давно Вам не писала, и письмо будет длинное, чтобы все рассказать. Уж очень тяжелый год выдался. Уставала как никогда и не столько от непосредственной работы, сколько от неопределенного дергания во все стороны и трепки нервов после осенней всесоюзной эпопеи. Всю зиму мучили ревизиями, пересмотрами и перефразировками планов, программ своих и московских, новых и старых, критикой учебников и т. д…

Я продолжаю мечтать уйти из ИЗХ и вот почему: во-первых, с переменой начальства (1 января 1949 года уволен директор Института зернового хозяйства Я. И. Рязанов. – Ред.) обстановка в ИЗХ стала очень тяжелой, по-видимому, повторяется нечто вроде 38–39-го года. Все, что делалось, – перечеркнуто, в том числе и работа с корневой системой. Если что и делаю теперь – то контрабандой…».

Саратовский период, завершающий в научном творчестве Красовской. Всего за годы работы ею будет опубликовано 50 научных трудов, которые сделают ей имя среди коллег-физиологов, специализирующихся в исследовании корневых систем растений. Здесь же, в Саратове, она состоялась не только как крупный специалист в своей области знаний.

В качестве научного руководителя она ведет группу аспирантов. Для нас важна фамилия Кумаков. Именно благодаря заступничеству Красовской Вадим Андреевич избежит исключения из аспирантуры за вольнодумство и под ее руководством напишет и успешно защитит в 1952 году кандидатскую диссертацию. А по прошествии ряда лет, будучи уже доктором биологических наук, возглавит в НИИСХ Юго-Востока лабораторию физиологии растений. Продолжив исследования Красовской, он выведет саратовскую школу физиологии растений на ведущие позиции по ряду ключевых направлений, подготовит 29 кандидатов и 2 докторов наук. Впечатляет! В 2000 году профессору В. А. Кумакову будет присвоено звание «Заслуженный деятель науки РФ».

И еще одна истории, прямо скажем – необычная, из саратовского периода жизни Красовской. Ирина Владимировна приняла деятельное участие в судьбе одаренного мальчика Юры Симонова. Несколько лет она материально поддерживала семью ребенка, способствовала его поступлению в школу-десятилетку для особо одаренных детей при Ленинградской консерватории. В 1970 году Симонов в 28 лет станет главным дирижером Большого театра, прослужит в этой должности шестнадцать лет и далее продолжит работу в ведущих отечественных и зарубежных симфонических оркестрах. В 1981 году Ю. И. Симонов был удостоен звания «Народный артист СССР», его творчество отмечено также многими российскими и зарубежными наградами.

Увы, Красовской не довелось стать свидетелем значимых и ярких достижений своих подопечных в науке и искусстве. После завершения в 1952 году научной карьеры она переехала из Саратова в поселок Сиверский Ленинградской области. Ее не стало 9 мая 1956 года. Там же, на Дружносельском кладбище, и упокоена Ирина Владимировна Красовская – талантливый ученый и педагог, благотворитель, благородной и щедрой души человек, достойно прошедший свой земной путь!

3 октября 2026 г.