Ученые ВИР и ФАНЦ Юго-Востока сверили часы

   Как мы уже сообщали, с 23 по 24 мая в Саратове с деловым визитом находилась делегация Всероссийского института генетических ресурсов растений (ВИР). В составе делегации заместители директора ВИР по научно-организационной работе А. А. Заварзин и Ю. В. Ухатова. Главным результатом деловой поездки стало подписание тройственного соглашения между ВИР (Санкт-Петербург), Вавиловским университетом и ФАНЦ Юго-Востока о создании сетевой магистратуры. За два дня гости предметно ознакомились с работой ведущих научных и образовательных организаций аграрного профиля Саратова. Посещение ФАНЦ Юго-Востока стало одним из ключевых пунктов деловой программы.

* * *

   Плотное общение в режиме нон-стоп руководителя научного центра Сергея Гапонова с петербургскими коллегами началось, можно сказать, с порога директорского кабинета. Оперативно обговорили что, где посмотрят, с кем встретятся. Здесь же вашему корреспонденту, уважаемые пользователи сайта, удалось задать пару вопросов и выяснить намерения и ожидания как гостей, так и хозяев от встречи в старейшем селекционном центре страны.
   Ю. В. Ухатова (ВИР): Совсем недавно Сергей Николаевич Гапонов приезжал в ВИР. Соответственно, это наш ответный визит. Поскольку очень важно какие-то нюансы обсуждать очно – не по телефону, да и по ВКС не все детали обсудишь. Поэтому пользуемся возможностями, которые есть – ехать друг к другу, пообщаться и уже детально обсудить все задуманное, чтобы оно реализовалось именно так, как оно задумано, и потому всегда важно сверять часы вовремя.
   А. А. Заварзин (ВИР): Мне кажется, любая хорошая история она движется по спирали. Мы сейчас находимся как раз в ситуации, когда многие вещи на новом уровне необходимо восстанавливать и развивать. С одной стороны, ВИР безусловно нужен ФАНЦ Юго-Востока, как источник того самого биоразнообразия под задачи, которые есть в регионе. С другой стороны, реализация этого материала в регионе есть как раз обратная связь и источник нового генетического материала, адаптированного к соответствующим специфическим условиям, который возвращается в коллекцию ВИР и дальше используется снова как источник нового материала под другие нужды.
   А вот с Сергеем Гапоновым начатый в кабинете разговор получилось продолжить уже «на ногах» под тенистыми кронами деревьев дендрария ФАНЦ Юго-Востока, куда и сопроводила гостей руководитель этого подразделения Елена Арестова.
   Небольшая ремарка. С выбором места все логично. Сегодня в этом центре интродукции, одном из крупнейших в Поволжье и на Урале, произрастают сотни таксонов деревьев, кустарников и лиан, есть среди них и краснокнижные экземпляры. Самое то для специалистов из ВИРа, который, по определению Алексея Заварзина, продолжает выполнять функцию хранителя, умножателя и изучателя коллекций по разным культурам на всех широтах и меридианах нашей страны.

Справа налево: Ю. В. Ухатова, А. А. Заварзин, С. Н. Гапонов, Е. А. Арестова.

   Однако вернемся к заявленному ранее сюжету: ВИР – ФАНЦ Юго-Востока на новом витке взаимодействия.
   С. Н. Гапонов: Сотрудничество определяется общим направлением деятельности, несмотря на то что задачи перед нашими организациями стоят разные. ВИР – это генетический банк, нацеленный на сохранение генетического и видового разнообразия. У нас задача более практическая – создание сортов для производства, семеноводство этих сортов. Но база для создания сортов – это конечно биоразнообразие, это то, что мы берем из дикой природы. Собственно говоря, основа селекции – материал из стародавних сортов. Сейчас для решения целого ряда задач этого материала уже недостаточно и без диких форм обойтись невозможно. И как раз в этом плане коллекция ВИРа действительно бесценна. Ее невозможно оценить ни в рублях, ни в чем – это основа работы всех селекционеров страны. И сейчас мы выходим, что называется, на новый уровень сотрудничества и по обмену материала, и по работе с сертифицированными генами, которые есть у ВИРа.

Справа налево: Ю. В. Ухатова, А. А. Заварзин, Т. И. Дьячук (главный научный сотрудник).

    А дальше было посещение лаборатории клеточной селекции научного центра, где успешно сочетают разработку и применение метода гаплоидии с селекцией сортов озимого тритикале как продовольственного, так и кормового направления. Это уже про современные методы биотехнологии применительно к селекции культурных растений, которые активно развивают специалисты и в Саратове, и в Петербурге.

* * *

   Вот такое превью для гостей перед встречей с ведущими учеными ФАНЦ Юго-Востока получилось. Состоялась встреча в конференц-зале в пятницу 24 мая. А в пятницу, как известно, рабочий день короткий, но не в этот раз. И уже после завершения мероприятия общение все продолжалось и Юлия Ухатова раз за разом называла окружившим ее участникам встречи рабочие контакты кураторов коллекций ВИРа. Так что заинтересованность в партнерстве у сотрудников ФАНЦ Юго-Востока была, как говорится, налицо, и это хороший итог делового общения.
   А теперь обещанный еще в анонсе от 27 мая на нашем сайте развернутый отчет о состоявшейся встрече с изложением позиций сторон, по сути – ее стенограмма, хотя и с некоторыми сокращениями и авторскими уточнениями. Конечно было искушение пройтись по тексту твердой редакторской рукой и в окончательном варианте что-то дать в кратком изложении, или подправить. Решили – не стоит этого делать и вот почему.
   Специалистам, помимо общих смыслов, важны еще и детали. К тому же со стороны ФАНЦ Юго-Востока в этой встрече участвовал только узкий круг профессионалов – в основном руководители ведущих лабораторий селекционного центра (всего человек за двадцать). Для всех остальных сотрудников ФАНЦ Юго-Востока стенограмма, размещенная на сайте, – это своего рода эксклюзив с набором полезной деловой информации. Надеемся, что это именно так, и вы не пожалеете о времени, потраченном на ознакомление с предложенным вашему вниманию отчетом.

* * *

   Встречу открыл директор ФАНЦ Юго-Востока Сергей Гапонов.
   С. Н. Гапонов: Основная цель визита в Саратов наших коллег из ВИРа – договор о сетевом обучении, развитие сетевого обучения. ВИР и ФАНЦ Юго-Востока рассматриваются как база для подготовки магистрантов по направлениям генетика, селекция, семеноводство. Это будет другой уровень в плане подготовки студентов. Надеюсь, это сработает на омоложение, на подготовку новых кадров.
   В ходе сегодняшней встречи обсудим какие подходы в нашем двустороннем сотрудничестве нас могут интересовать. В первую очередь мы говорим о том, что нам нужно определить наиболее значимые для нас культуры и определить круг критических вопросов, которые нам необходимо решать с использованием материально-технической базы нашего центра и ВИРа в рамках национального проекта «Наука», благодаря которому произошло существеннейшее обновление материально-технической базы НИИ и вузов.
   Можно привлекать и нужно привлекать те коллекции, которые имеются в ВИРе. Тем более, что есть по ряду культур идентифицированные гены тех или иных хозяйственно-ценных признаков. Поэтому я в первую очередь попросил селекционеров подойти на эту встречу для того, чтобы можно было напрямую пообщаться, какие-то вопросы задать. И сразу хочу сказать, две научные командировки в ВИР у нас в этом году намечены, как минимум, может быть и больше. Мне хотелось, чтобы в полной мере возможности такой совместной работы были использованы нашим центром.
   А. А. Заварзин: Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Поэтому приезд к коллегам и партнерам очень важный элемент для развития нашей работы. Сергей Николаевич уже упомянул, между ВИРом и ФАНЦ Юго-Востока, во всех его проявлениях и сменившихся названиях, больше 70 лет сотрудничества есть, и в части классического взаимодействия оно должно продолжаться.
   Но мы действительно сейчас имеем некие новации в развитии взаимодействия с партнерами с точки зрения ВИР с учетом того, что в 2022 году был издан Указ Президента РФ о создании Центра генетических ресурсов растений на базе ВИР, но подразумевающий на самом деле объединение или систематизацию, методическое сопровождение этой работы с участием всех организаций, работающих с генетическими ресурсами.
   В конце прошлого года была учреждена программа развития Национального центра. И Юлия Васильевна Ухатова является руководителем этого подразделения, организатором этой работы со стороны ВИР – это отдельная тема, о которой мы хотели бы говорить. С другой стороны, ключевым вопросом для реализации Указа Президента и соответственно программы правительства являются кадры, их привлечение и поиск, обучение для целевого сектора. И здесь мы стараемся налаживать отношения с профильными вузами, университетами как классическими, так и аграрными.
   И в отношении Саратова, и этого региона естественный партнер – Вавиловский университет, связывающий нас еще, что называется, со времен Николая Ивановича Вавилова. С Вавиловским университетом достигнуто тройственное соглашение по сетевой магистерской программе, где ВИР и ФАНЦ Юго-Востока выступают научными площадками, базой практической работы для студентов, выполнения ими выпускных квалификационных работ, но и не только.
   Мы подразумеваем конечно, что в основе нашего сотрудничества должна лежать определенная средне-долгосрочная задача научно-практического плана. И вот схема, которую мы сейчас видим, – это ФАНЦ Юго-Востока, как ключевой селекционный центр для региона, выступает по большому счету заказчиком.
   И вот эта идея, согласен с Сергеем Николаевичем, обсудить на нашей встрече: какие наиболее значимые в средне- и долгосрочной перспективе культуры для поддержания развития растениеводства и сельхозпроизводства в этом регионе и в аналогичных регионах должны быть и какие ключевые вопросы, связанные с созданием новых сортов этих культур, стоят.
    Со стороны нашей, это безусловно коллекция и тот источник генетических ресурсов, который есть в ВИРе, предметное их изучение и формирование выборок, с которыми мы могли бы работать как с точки зрения создания селекционного материала, так и с точки зрения внедрения новых технологий и выявление на самом деле новых генов, которые отвечают за знаковые хозяйственно-ценные признаки.
   Это можно осуществить с использованием рук и в том числе технологического обеспечения того же Вавиловского университета, нас – ВИР, а также студентов и преподавателей этой программы, которые позволили бы нам на современном уровне подходить к анализу специально подобранных выборок под те средне- и долгосрочные задачи, которые ставит перед собой ФАНЦ Юго-Востока.
   Вот это как бы ключевая идея, предметная идея, которую мы хотели бы инициировать в обсуждении сегодня для того, чтобы определить и культуры, и вопросы, чтобы по возвращении в ВИР могли с коллегами, кураторами коллекций обсуждать подбор соответствующих выборок по контрастным признакам, которые мы будем использовать.
   И еще. Надеюсь, что буквально через месяц, когда в Саратове будет проходить съезд ВОГиС, мы отдельно сделаем рамочное соглашение между нашими двумя центрами по уже научному сотрудничеству.
   И информация на заметку. Сейчас в Госдуме находится на рассмотрении уже во втором чтении законопроект «О биоресурсах, коллекциях и генетических ресурсах», который, как мы надеемся, позволит по крайней мере создать нормативную рамку, определяющую возможности и обязательства по части доступа, сохранения и использования генетических ресурсов растений.
   И, кстати, этому вопросу будет посвящен отдельный круглый стол в рамках съезда ВОГиС, который будет проходить в Саратове. И как раз обсуждение, дискуссия с селекционерами, с людьми, которые работают с генетическими ресурсами, являются той самой отправной точкой, которая позволяет сформировать, уточнить как закон, так и нормативную подзаконную базу, которая будет разрабатываться к нему.
   Ю. В. Ухатова: Не только в рамках ВОГиС предлагаем встречаться, но, наверное, многие из вас знают, что в этом году, в ноябре, ВИР отмечает свое 130-летие. Поэтому будем рады вас видеть и в рамках этой конференции.
   В прошлом году мы в пилотном режиме отработали программу повышения квалификации именно в области генетических ресурсов растений, поскольку специалистов этого профиля сейчас действительно не везде хватает. Данная программа вызвала большой интерес. Прямо в этом году ее повторять не будем, а в следующем – повторим. Будем держать вас в курсе. Эта программа рассчитана не только на молодых ученых, она рассчитана на разных ученых, которые работают традиционными методами и хотят расширить свое представление о каких-то современных методиках.
   В прошлом году 50 слушателей из разных регионов приезжали и, в принципе, каждый для себя что-то полезное вынес. Во-первых, от самой образовательной части, которая была, и по прохождению которой они получили свидетельства о повышении квалификации. И второй важный момент – это знакомство с нашими ведущими кураторами по основным группам культур.
   Порядка 50-60 процентов занятий были практическими, где мы показывали работу биотехнологической лаборатории, молекулярно-генетической, современные статистические методы. В этом году – нет, а в будущем году мы подобный модуль будем повторять. И я сразу скажу, как руководитель Национального центра, расходы по проживанию и по проезду мы берем на себя, ибо это входит в наши функции.
   И возвращаясь непосредственно к нашей встрече. Надеюсь, коллеги про себя расскажут, потому что интересно какие задачи по культурам, с которыми вы работаете, для вас приоритетны. Как вариант, силами новых магистрантов можно было бы какую-то часть этих задач решить. И мы предполагаем, что часть этих магистрантов пойдет в аспирантуру, например, к вам, либо они будут решать эту же задачу в рамках аспирантской работы, а в дальнейшем на их место придут следующие магистранты. То есть, это такой пилотный проект. Мы все немножко боимся, но при этом уверены, что обречены на успех, поскольку вариантов у нас нет – молодежь надо готовить. И к нам аспиранты пойдут. То есть, это возможность использовать инфраструктуру по горизонтали. Когда инфраструктура есть – грех ею не пользоваться.
   А далее между сторонами (ВИР – ФАНЦ Юго-Востока) состоялся оживленный обмен мнениями по вопросам селекции, организации совместной исследовательской деятельности с подробным выяснением конкретных потребностей и определением оптимальных механизмов взаимовыгодного сотрудничества. Не обошлось и без дискуссионных моментов. Но об этом позже.
   Помимо уже выше названных участников встречи, в ней приняли участие и выступили: С. В. Лящева, руководитель селекционного центра, А. В. Лекарев, руководитель лаборатории селекции и семеноводства масличных культур, Г. А. Бекетова, руководитель лаборатории селекции и семеноводства яровой мягкой пшеницы, С.Н. Сибикеев, главный научный сотрудник лаборатории генетики и цитологии, Г.И. Шутарева, руководитель лаборатории яровой твердой пшеницы и Л. А. Эльконин, главный научный сотрудник отдела биотехнологии.
   С. Н. Гапонов: Давайте начнем с двух культур, одна из которых главная по значению в питании человека, а вторая главная по площадям, занимаемым у нас в области. Я говорю об озимой пшенице в плане питания и говорю о подсолнечнике в плане площадей. У нас в этом году подсолнечник на 400 тысяч гектаров, это без учета пересева из-за возвратных морозов, обогнал озимую пшеницу.
   С. В. Лящева: Сейчас у нас стоит задача собрать в одном как бы генотипе короткостебельность, высокую продуктивность, высокое качество, оставляя при этом уровень достигнутой зимостойкости, а еще и противостоять болезням, особенно грибковым, давление которых возрастает год от года. Дособрать всё это, как бы идеального, пока не получилось, но мы к этому стремимся. Сама коллекция наших линий достаточно большая. Ежегодно мы проводим от 150 до 200 скрещиваний. В селекционном питомнике у нас от 5 до 10 тысяч линий. Сейчас у нас идет большая программа по короткостебельности. Мы нашли себе донор, который снизил процентов на 20-25 высоту растения. Я проанализировала – у нас получается коэффициент корреляции между высотой растения и урожайностью где-то 0,6, 0,7 и даже в некоторые годы было 0,8. И мы сейчас должны понять правильным ли путем идем, либо мы должны провести дополнительные скрещивания для того, чтобы получить идеальный генотип.
   С. Н. Гапонов: Еще раз хочу подчеркнуть значимость для сельскохозяйственного производства такой культуры, как подсолнечник, – 1,6 миллиона гектаров плановый его посев в области на текущий год.
   А. В. Лекарев: Три года сотрудничаем по вопросам селекции подсолнечника с ВНИИМКом, с прошлого года с Курским институтом и с этого года со Ставрополем. Основной процент работ имеем по сортам и классическим гибридам. Рынок же требует гербицидоустойчивый подсолнечник. Нам хотелось бы с вами посотрудничать именно по гербецидоустойчивым коллекциям. Что касается лабораторного уровня и анализов. Нам интересно к вам съездить, пообщаться, посмотреть какие новые услуги вы можете оказать в оценке селекционного материала.
   С. Н. Гапонов: Саратовская область была всегда известна качественной пшеницей и прежде всего – яровой пшеницей. Основа качественного хлеба – это все-таки яровая пшеница. Практически все сорта нашей селекции сильные, или ценные, в основном – сильные пшеницы. У нас практикуются два направления по этой культуре – это классическая лаборатория селекции и семеноводства яровой мягкой пшеницы. На встрече ее представляет Гульнара Адиятовна Бекетова. И второе направление – лаборатория генетики и цитологии Сергея Николаевича Сибикеева, для которого селекция и сорта скорее побочный продукт исследовательской работы, но результат есть.
   Г. А. Бекетова: Наше научное учреждение 115 лет занимается селекцией яровой мягкой пшеницы. Основные направления – это засухоустойчивость, продуктивность, качество, устойчивость к болезням. Но если по показателям качества, по продуктивности, по засухоустойчивости вопросы решаемые, то по устойчивости к болезням, к сожалению, у нас на данный момент нет источников. С ВИРом у нас раньше было сотрудничество. Оборвалось, наверное, в 2015 году, когда мы получили последний раз ваш материал. Сейчас мы с этим материалом работаем, создали несколько разновидностей. Хотелось бы с вами сотрудничать и дальше.
   А. А. Заварзин: У нас несколько поменялась схема работы. Если раньше материал рассылался в научные учреждения ВИРом в инициативном порядке, то теперь в связи с требованиями, которые перед нами поставило министерство науки и высшего образования, эта работа выполняется по заявкам. То есть, на инициативную рассылку материала ВИРом у нас просто не хватает ресурсов – их на это нам не выделяют. Поэтому у нас есть каталоги, они в базе данных, они открыты и в этом смысле инициатива должна исходить от вас – присылайте заявку. Ресурс на предметный подбор материала и взаимодействие он остался, он сейчас регламентирован. И милости просим, к этому взаимодействию.
   Ю. В. Ухатова: Наши кураторы тоже были не очень довольны вводимой системой договорной. Говорили, что коллекция перестанет быть востребованной, потому что это бюрократия. Ну, это с одной стороны бюрократия, а с другой стороны, как вы знаете, на науку стали выделяться чуть большие деньги, а это значит, что ее стали сильно больше контролировать. То есть государство сегодня несколько против «карманной» селекции и пытается разобраться как это правильно делать, какие регламенты дорабатывать, разрабатывать и так далее. Порядка 150-170 договоров у нас ежегодно заключается сейчас и порядка 5 тысяч образцов мы по этим заявкам рассылаем. Еще раз повторю, для государственных организаций это безвозмездно. По предметной заявке это безвозмездно, вам за это платить ничего не надо. Просто чуть, чуть подождать пока посылка придет.
   С. Н. Сибикеев: Решаем задачу, поставленную еще моими предшественниками – расширение генетической изменчивости мягкой пшеницы, в первую очередь – яровой. Причем имеется в виду изменение генетической изменчивости по всем направлениям: здесь не только устойчивость к заболеваниям, хотя устойчивость к заболеваниям стоит на первом месте, но также и продуктивность, и качественные показатели. И мы возвратились на новом этапе к решению такой сложной задачи, как повышение засухоустойчивости.
   Говоря о ВИРе в целом, могу сказать, что у меня с ним личные и не личные контакты. Начну с того, что свою кандидатскую диссертацию я защищал в ВИРе по генетике. Мы вместе долго работали. Но потом, не знаю как-то так получилось, мы стали больше работать с ВИЗРом, ИЦиГом и с ИОГЕНом. Почему так произошло – и сам не знаю.
   Последний раз мы получали от вас коллекцию очень давно. Мы получали материал, когда он был еще в более свободном доступе. Последний набор пришел в 2005-2007 году. Но дело в том, что получить коллекцию – это еще ни о чем, потому что получить с этой коллекции что-то, скажем, селекционно-значимое, для этого нужно очень большое время. Поэтому из того, что мы получили в 2005-м, вырисовалось что-то селекционно-значимое лет через 10, 12. И мы, мягко говоря, перемалываем эту коллекцию до сих пор.
   В целом, в нашей лаборатории более, менее современные методы используются. Но тем не менее, если говорить о подготовке кадров, мы этот кадровый дефицит здорово ощущаем. Нам не хватает ни молекулярщиков как таковых, очень здорово не хватает цитогенетиков – катастрофически не хватает. Поэтому, если возможность есть обучения именно по таким целевым направлениям, то это было бы очень здорово.
   А. А. Заварзин: Подход консорциумный как раз и нужно использовать. В предыдущие три года один из проектов в рамках программ гентехнологий – мы его назвали «Хлеба России» (он во многом был задуман директором ВИР Еленой Константиновной Хлёсткиной) – по сути явился вполне успешной попыткой соединить ведущие селекционные центры по пшенице.
   Из географических соображений это были НЦЗ имени Лукьяненко, Самара и Омск и соответственно центры, которые занимаются современными технологиями, в том числе геномикой и редактированием: ВИР, НИЦ Курчатовский институт, Уфимский научный центр РАН и еще ряд центров с аспектами, связанными с различными подходами к фенотипированию. Проект был задуман и реализован именно для того, чтобы создать платформу, открытую к присоединению дальше в России по комплексной работе с селекцией пшеницы.
   Все мы понимаем, что сейчас мы впереди планеты всей и, спасибо, и низкий поклон вам и коллегам, за тот результат, что у нас есть по селекции пшеницы. Но если мы не будем внедрять в этот процесс новые методы, мы начнем отставать от тех, кто это делает. Внедрить это мы можем только собирая организации, имеющие разные компетенции, воедино. Это все собирается в такой консорциум. И я рассчитываю, что в рамках нашего взаимодействия, там будет место, коллеги, и ФАНЦ Юго-Востока, и другим центрам, где пшеница, хлебные злаки являются одним из ключевых предметов исследовательской работы.
   С. Н. Гапонов: Переходим к следующей главной культуре – твердой пшенице.
   Г. И. Шутарева: У селекционеров по яровой твердой пшенице сложился свой деловой клуб. Уже нескольких лет мы обмениваемся небольшими коллекциями с Розовой (это Алтай), Мальчиковым (Самара), с Юсовым (Омск). Знаем друг друга – некоторых очно, других заочно. Мы все подпитываемся через эти дружеские отношения. И плюс еще участвуем в проекте КАСИБ. Новыми сортами обмениваемся, перспективными линиями через эту структуру.
   Что касается ВИРа, мы последнее время работали с вами, когда с ИКАРДА приходили коллекции, когда Николай Сергеевич Васильчук был там в командировке. И 8 лет мы выращивали эти коллекции. И это не прошло просто так, поскольку сорт создается много лет. Все, что сейчас находится у нас в селекционном котле, – это огромный географический материал России, Казахстана, остатки коллекций из СИММИТа, ИКАРДА и еще то, что поступило с Северо-Дакотской станции. В свое время там стажировался Николай Сергеевич. А так, давно у нас уже ничего не было ни из Канады, ни из США.
   И скажу о наших сортах, их востребованности. Ассоциация производителей макаронной продукции составила список из 20 лучших сортов твердой пшеницы. Так вот, 8 сортов из этого списка селекции нашего научного центра. Так что с одной стороны можно успокоиться, а с другой – разве мы будем стоять на месте.
   С. Н. Гапонов: Если мы успокоимся, нас догонят, а кто-то уйдет вперед. Поэтому это даже не рассматривается. Действительно у нас целый ряд очень высоких показателей достигнут. Хотел бы сказать, что один из новых сортов – Памяти Васильчука – он уже имеет 10-й балл по шкале микстограмм. Это высший балл. Выше не может быть по определению. На самом деле вопрос уже стоит о том, чтобы и достигнутые показатели превысить. Потому что наши сорта широко используются селекционерами других селекционных учреждений. И рано или поздно они начнут приближаться к нашему сегодняшнему уровню. А нам к тому времени нужно уйти вперед. В связи с этим нужно развивать направление большего, скажем так, изучения генетики. Мы сейчас уперлись в целый ряд проблем, которые сложно решаемые традиционными методами.
   А. А. Заварзин: Я позволю себе буквально два комментария именно по твердой пшенице. На самом деле возможности обмена с зарубежными странами у нас тоже ограничены сейчас по тем же причинам, по которым мы не имеем права предоставлять материал. Я сейчас даже не про геополитику говорю. Я говорю по поводу регламентации и законодательства, которое позволяет четко определить – это ценный, а это – не ценный материал. Не дай Бог, что-нибудь что имеет признаки ценного мы кому-то отдадим. Но сейчас надеемся, что этот вопрос будет отработан и плюс мы действуем через межведомственную комиссию по ряду сюжетов. То есть, определенная «калитка» у нас уже появилась в том, на что был запрет с 2018 года буквально до 2023 года.
   А когда мы не можем предоставить свой материал, не так нам тоже активно готовы просто так отдать какой-то материал. Но все равно, в независимости от этого и геополитики есть академическое взаимодействие. Оно сохраняется с другими генбанками. Поэтому это во многом вопрос взаимодействия между селекционерами и куратором по данной культуре в ВИРе и соответственно определения – какой материал интересен, какой нужно поискать как обменный для привлечения в селекцию сюда, в ФАНЦ Юго-Востока. Значит этот путь потенциально есть, но эта задача требует на самом деле взаимодействия с куратором коллекции твердой пшеницы в ВИРе.
   Что касается новых показателей и так далее. В рамках проекта «Хлеба России» твердая пшеница также была включена. Мы надеемся, что к концу этого года у нас уже будет сформирована большая отгенотипированная, соответственно три года профенотипированная выборка твердой пшеницы, которая станет основой и для селекционной работы не только Омского, или Самарского центров, но вообще всех селекционных центров, которые с этим материалом работают.
   И еще об одном моменте хотел бы упомянуть. Мы все равно так, или иначе живем в контексте как в отношении твердой пшеницы, так и мягкой пшеницы. Кажется, в феврале этого года глава департамента минсельхоза Некрасов озвучил в присутствии замминистров как министерства науки, высшего образования, так теперь и нынешнего министра сельского хозяйства, запросы в отношении ряда ключевых культур.
   В отношении твердой пшеницы это было – сделайте так, чтобы качество зерна оставалось высоким и при повышенной влажности для расширения ареала возделывания. Я понимаю, что это по большому счету признаки, которые обратно пропорциональны друг другу. А в отношении мягкой пшеницы было озвучено, что с точки зрения развития экспортного потенциала не надо гнаться за высоким качеством. Нужно гнаться за соблюдением минимального набора требований, которые экспортеры пшеницы предъявляют, с тем чтобы снизить ее себестоимость.
   Я не к тому, что призываю только в этом направлении работать. Но все-таки мы не столько фундаментально-ориентированы, но и практико- ориентированы. И если в определенной степени мы зависим от средств госзадания, которые нам выделяются, то не учитывать официально произнесенные запросы ответственных лиц мы тоже не можем. Не будем спорить на эту тему. Не будем. Просто учтем это среди прочего.
   На эту «новацию» (по снижению качественных показателей) за всех пшеничников ответила Галина Шутарева.
   Г. И. Шутарева: Дело в том, что, когда Николай Сергеевич Васильчук вернулся из стажировки в США и твердой пшенице в НИИСХ Юго-Востока стали уделять серьезное внимание (это было 40 лет назад), первое что он нам сказал: «Будем создавать сорта с хорошим качеством зерна. Мы не Кубань, у нас палки не зацветут, если мы их воткнем в землю. Это там три урожая можно собрать, а мы будем работать на качество». И вы знаете, чем гордится наша лаборатория в последнее время – прямо бальзам на душу эти 8 сортов твердой пшеницы нашей селекции, которые Ассоциация производителей макаронной продукции включила в список лучших. Это российский список и этот список они рекомендовали министерству сельского хозяйства, чтобы фермеры покупали семена именно этих сортов, и тогда макаронщики будут счастливы. А если бы мы на это 40 лет назад не обратили внимание, ну и где бы мы сейчас были?!
   С. Н. Гапонов: Как известно, твердая пшеница – «дама» капризная – ее надо любить. Впрочем, как и любую другую культуру, и тогда точно будет результат. В последние годы на Днях поля, региональном и своем, мы представляем печенье, другие кондитерские изделия из сорго. Идут на ура! В этом году посеяли большое поле сортом сорго Ирина с высокой калорийностью белка. Лев Александрович Эльконин расскажет о работе с этой перспективной для нашего региона культурой.
   Л. А. Эльконин: Я, после окончания университета, занимаюсь сорго, можно сказать, всю сознательную жизнь. Если конкретизировать, у меня интересные темы всегда были – это ЦМС наряду с апомиксисом. Сейчас мы продолжаем эту работу. Есть результат, но есть и проблемы. Секвенирование – у нас больной вопрос, без этого опубликовать то, что мы сейчас сделали, будет крайне сложно. Тем более, что там интересные вещи обнаружились – то, как приобретается наследственная изменчивость под влиянием внешней среды.
   Последние годы, лет может10-15, мы сосредоточились на основной проблеме сорго – это проблема качества зерна. Потому что сорго, как и кукуруза, имеет запасные белки, которые устойчивы к перевариванию пепсинов и соответственно питательная ценность таких сортов, а это практически все сорта у сорго, она ниже, чем у других злаков. Хотя, учитывая глобальное потепление, с которым мы сталкиваемся, сорго в будущем будет все более и более востребовано. Причем это не только проблема как питания для человека, но и как питания для животных, потому что эта кормовая культура – ценный фураж.
   Нами была создана обычным путем с помощью отбора линия Ирина, которая стала сортом с более высокой перевариваемостью белка. Потом, мы все-таки биотехнологи, туда ввели конструкцию генетическую и радикально улучшили перевариваемость – до 80-90 процентов практически переваривается белок уже у этих сортов. Но это не сорта еще, поскольку сортами назвать можно будет тогда, когда разрешат делать трансгенные линии.
   С. Н. Гапонов: Давайте подведем коротенький итог. Надеюсь, что сегодняшняя встреча была полезна для обеих сторон. Я всегда настаиваю – устанавливайте горизонтальные связи, поддерживайте отношения с кураторами коллекций. Сейчас все есть на сайте, сайт работает, заходите, смотрите. Никак нам без ВИРа не обойтись, ВИРу – без нас. Мы работаем в одной системе. И хотя мы решаем разные проблемы, но глобально задача у нас одна – это обеспечение биоразнообразия, обеспечение продовольственной безопасности страны. Мы кормим людей в широком смысле этого слова.



   30 мая 2024 г.